Привычки, Андре, это конкретные обличья размеренности, та порция размеренности, которая помогает нам жить. Не так уж страшно, что тебя рвет крольчатами, если ты раз и навсегда вступил в установленный круговорот, освоил метод. Х.Кортасар
Пока ты здесь. Пишешь то, что пишется, неровно
укладывая слова размазывая по клавишам пот, боль,
вызов, слезы и кровь, брызжущие слюни из открытого
перекошенного рта... и - отчаяние. Пьяные линии в
записной книжке на типографской краске, слепой
восклицательный и изломанный знак вопроса. Бессонные
откровения, смятые в пачки обжигающие сигареты.
Ждать пришлось не долго
Не дольше чем зимой ждать весны.
Б. Г.
За последний год я прожил несколько жизней. Все они
были близнецами-братьями. А сестры милосердия, которые
так любят красные кресты и кладбища, шарахались от
меня, как от прокаженного.
Я натужно смеялся и пытался превратить трагедию в
фарс.
Пил водку - думал, что она станет лекарством.
Читал и ничего не понимал...
Words get written, words get twisted
Old meanings moved in a drift of time.
Jethro Tall. Roots to brunches..
СОН
Нового дня глоток, - сказал я, начиная свою
сознательную жизнь с бутылки холодного пива.
Стояли жаркие дни лета. Я прислушивался к своим
ощущениям, еще не зная, радоваться ли действительности
устроившейся на моих плечах.
Чувствуешь? Мягкой крадущейся поступью тебя окружают
стены. Кто-то выставил их на твоем пути как красные
флажки удушливой неизвестности.
Электричка - опоздал. Ждать.
Ожидание - анестезия. Пиво, разбавленное сигаретами.
Кажется, я нашел точки соприкосновения с собой. Я -
это я.
Слово "завтра" не лишено смысла. Значит можно не
думать. Значит сегодня не съест вчера.
Время остановилось - приглашение к бытию.
- Может 150 коньяку?
- Спрашиваешь? - разводит руками.
- Нет, утверждаю.
Все плывет, все изменяется.
-Ты знаешь, иногда нет повода быть человеком. Я
с трудом понимаю, почему небытие - это самое важное,
дающее уверенность.
-Ты пьян, значит - прав. Завтра не будет, есть
только сегодня. Это важно. Нет смысла считать дни
недели, это знание никому не нужно.
- Тогда два по сто.
Свернувшаяся под одеялом печень грызет вчерашнее пиво,
коньяк, водку и еще черт-те что.
Рядом лежит обрывок прошлого - сонный, смятый и
неубедительный.
Утро нового дня - глоток.
- У меня есть еще поллитровка казенки.
- Что еще нужно?
- Счастья? - улыбается.
- На хуй - всех на хуй.
- Разливай.
Занавес.
ОСЕНЬ
- Вставай утром - вечер - это поздно. Утром всегда что-то есть, а если это так, то бес возможности неразлучен
со мной.
- Идем.
- Ты мне поможешь?
- Если. смогу - то по первому запаху.
Осунулась осень. Она не хотела отдавать медный оттенок
своей кожи. Добрый дедушка мороз пытался укутать ее в
белые одежды, но все это для нее - поражение. Смерть
без оглядки.
Еще в этот вечер без сожаления, без жалости простился
со мной собеседник, недостойный повествования человек.
Вернее зверь, как вы позднее убедитесь, призвание
которого - заурядное восшествие на Голгофу.
Нет, он спрятался, зарылся как крот. Бах в лесу на
ощупь. Есть поражения, и поражение порванное кем-то
без оглядки, которое уже не поражение. Это
компромисс. Так диктует 21 век. Мне кажется, что я его
ненавижу.
ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
Первый день начинается во вторник.
- Уже смешно.
- Просто глупо.
Один человек хотел научить меня жить. Я к нему очень
привязался. Но он не смог объяснить, к какому виду
жизни я отношусь.
Очень сложно винить себя в исходе того, что не смог и
не стремился удержать.
Не-виноват-не-знаю-не-состоял-скорее-всего-всех-уже-
давно-послал.
Так заканчивается день первый. Остаются будни.